Дело Oracle America, Inc. v. Google Inc. (C 10-03561 WHA) рассматривается в американском суде с августа 2010 года. Все это время оно привлекало к себе самое пристальное внимание. И потому, что касалось широко распространенного программного обеспечения (Java и Android), и потому, что весьма далеко идущими были правовые обоснования сторон.

Из-за сложности дела суд проходил в несколько этапов. На первом решался вопрос о том, нарушили ли действия компании Google авторские права истца на один из самых распространенных в мире языков программирования и платформу Java (а именно на 37 приложений Java API). На втором выяснялось — были ли ущемлены патентные права истца. На третьем должен был определяться размер компенсации.

Уже на первом этапе возникли серьезные сложности: привлеченные присяжные, признав действия Google нарушением авторского права, не смогли ответить на вопрос — подпадали ли такие действия под защиту доктрины добросовестного использования (fair use). Второй этап завершился не в пользу истца: присяжные не нашли ущемления патентных прав.

На третьем этапе судья окружного суда Калифорнии William Alsup, оказавшись весьма подкованным специалистом в рассматриваемых вопросах, вынес 31 мая 2012 года детально проработанное решение, обосновавшее добросовестность использования компанией Google элементов приложений API Java. Этот судебный акт любопытен тем, что он подробно разбирает практику добросовестного использования в компьютерной сфере, очерчивает границы правовой охраны программного обеспечения и устанавливает общие принципы, на которые могут ориентироваться новые разработчики, стремящиеся к созданию совместимых программ, при этом не нарушающих права иных разработчиков.

Данное решение (вместе с недавним актом Суда Евросоюза) вносит весомый вклад в формирование более продуманного, современного международного интернет-права. Учитывая трансграничный характер деятельности компьютерных разработчиков, оно может быть использовано не только американскими авторами программ. Приведем основные положения этого судебного акта. More »

Во многих странах методы борьбы с незаконным распространением охраняемых произведений различаются. В Великобритании активно используются судебные запреты в отношении интернет-провайдеров, обязывающие их блокировать доступ клиентов к сайтам, обвиненным в нелегальном распространении контента. В Австралии правообладатели пытаются признать провайдеров если не виновными, то недобросовестно содействующими использованию их клиентами BitTorrent-сервисов. В США за последние два года в суды было предъявлено около 250 тысяч судебных исков в отношении конкретных пользователей или неустановленных лиц, непосредственно скачивающих и распространяющих незаконные экземпляры произведений через различные торрент-трекеры. Подобная практика критикуется очень многими экспертами и пользователями, ведь она излишне часто позволяет ущемлять права обычных посетителей глобальной сети.

В начале мая в одном из подобных дел (K-Beech, Inc. v. John Does 1-37) нью-йоркский мировой судья Gary R. Brown сделал обстоятельный обзор такого рода требований и привел рекомендации по их рассмотрению. И хотя его мнение не будет являться решающим при рассмотрении аналогичных дел, тем не менее изучение его позиции позволит яснее понять текущие тенденции по разрешению подобных споров в США, поскольку он более развернуто изложил то, что ранее уже неоднократно высказывалось различными судьями, но пока еще не получило поддержки со стороны всего судейского сообщества.

Обычно в таких случаях правообладатели подают судебные претензии против неизвестных распространителей нелегального контента, о которых они знают пока только IP-адреса, ходатайствуя об истребовании судом у Интернет-провайдеров контактных данных владельцев этих IP-адресов. В дальнейшем они предъявляют полноценные иски против таких владельцев. Не все суды идут навстречу правообладателям, обращая внимание на то, что IP-адреса недостаточно для точной идентификации фактического нарушителя авторских прав. В качестве примера они приводят дело, в котором судебному преследованию было ошибочно подвергнуто лицо, чей аккаунт, как выяснилось, был недобросовестно использован неустановленным лицом, подключившимся к Wi-Fi сети. В подобных ситуациях несправедливым будет привлекать к ответственности владельца аккаунта, поскольку он не имел намерения нарушать чужие права.

Судья Gary R. Brown в своем знаменательном решении привел следующие разъяснения. Знание их поможет правообладателям точнее формулировать свои требования, а пользователям эффективно защищаться от слишком часто встречающихся необоснованных претензий. More »

2 мая 2012 года Суд Европейского Союза вынес решение по делу C-406/10 по преюдициальному запросу Суда Англии и Уэльса относительно спора между компаниями SAS Institute Inc. и World Programming Ltd. Спор касался определения объема правовой охраны компьютерных программ и правомерности действий пользователя программы по ее воспроизведению при создании дополнительных программ. Компания World Programming Ltd, основываясь на идеях, принципах, возможностях, языке программирования и формате файлов данных аналитических программ SAS Institute Inc., создала дополнительные компьютерные программы, расширяющие возможности пользователей по работе с исходным аналитическим комплексом. Разработчик SAS Institute Inc. посчитал нарушенными свои авторские права на ПО.

И хотя рассматриваемый спор касался еще предыдущей Директивы ЕС об охране компьютерных программ 91/250/ЕЭС (на нашем сайте приведен перевод новой редакции Директивы 2009/24/EC), тем не менее сделанные Судом выводы полностью подтверждаются действующей Директивой, и будут весьма полезны как разработчикам, так и пользователям разнообразного ПО.

Как известно, международные соглашения и Директивы ЕС распространяют авторско-правовую охрану не на идеи и принципы, а на форму их выражения (form of expression). Что именно входит в понятие «форма выражения», определяется уже правоприменительной практикой. Суд Англии и Уэльса обратился к Суду Евросоюза со следующими вопросами.

1) Относятся ли к форме выражения такие элементы компьютерной программы, как ее функциональные возможности (functionality), язык программирования (programming language) и формат файлов данных (format of data files)? More »

CISPA и SNOPA — парочка новых аббревиатур для всех интересующихся тенденциями развития американского Интернет-права. Одну из них многие пользователи упоминают с негодованием, тогда как как другую радостно приветствуют. Посмотрим чуть подробнее, о чем идет речь.

Первый из них — CISPA (Cyber Intelligence Sharing and Protection Act), что можно перевести как «Закон о защите и совместном использовании компьютерной секретной информации», — в конце апреля в первом чтении одобрила Палата представителей Конгресса США. Он имеет довольно серьезных сторонников, в число которых входят около 800 Интернет-компаний, в частности, такие крупные, как Microsoft, Facebook, Intel, AT&T, Verizon. При этом многие правозащитные организации, Electronic Frontier Foundation, American Civil Liberties Union, Sunlight Foundation и др., призывают активно противостоять его принятию.

Мы уже отмечали одну из самых характерных черт современного Интернет-права — сближение и переплетение вопросов охраны интеллектуальной собственности и личных прав человека. Именно угроза нарушения последних порождает массовые движения против внедрения новых способов осуществления и защиты интеллектуальных прав. Большинство предложений правообладателей по усилению защиты их интересов в глобальной сети так или иначе связаны с необходимостью получения более полной информации об участниках и способах цифрового обмена данными. Надо заметить, что чаще всего такое положение дел обусловливается не особым коварством правообладателей, а технологическими принципами компьютерного обмена информацией. Любые простые, непродуманные решения в этой области чаще всего расцениваются как покушение на безопасность и приватность обычных пользователей. В результате, напуганные разнообразными попытками ограничить их права, пользователи с неизбежностью относятся к любым новым предложениям урегулировать Интернет-отношения с серьезным предубеждением, преувеличивая их возможные угрозы. И трудно сказать, чьей вины в этом больше. More »

Вопрос с определением подсудности по Интернет-спорам, когда правообладатель, нарушитель, серверы и пользователи могут находиться в разных странах, часто является очень сложным для разрешения. В решении по делу C-523/10 от 19 апреля 2012 года Суд Евросоюза дал рекомендации о том, как устанавливается юрисдикция национальных судебных органов по делам о нарушении прав на товарный знак посредством использования совпадающих с ним ключевых слов в рекламных сервисах нарушителями, расположенными в других государствах.

Австрийская компания Wintersteiger производит и поставляет лыжный инвентарь в различных странах Евросоюза под своим товарным знаком. Немецкая фирма Products 4U продает, также в ряде стран, различное оборудование для лыжного спорта, в том числе производимое под брендом Wintersteiger. Для продвижения в сети Интернет немецкая торговая фирма разместила свои рекламные объявления под ключевым словом Wintersteiger на сервисе Google AdWord. При этом рекламные объявления появлялись только при проведении поиска на сайте google.de, т.е. были ориентированы на жителей Германии, а не Австрии. Тем не менее австрийская компания посчитала нарушенным свое право на товарный знак, и обратилась в суд Австрии. В попытке определить, подсуден ли австрийскому суду спор о нарушении в Германии права на австрийский товарный знак, дело дошло до Высшего суда Австрии. Он, в свою очередь, обратился с преюдициальным запросом в Суд Евросюза.

Суд Евросоюза сделал следующие разъяснения. More »

Не так давно мы уже приводили в пример два перекликающихся судебных решения, вынесенных Судом Евросоюза и Высшим судом Австралии. Вот и в конце минувшей недели эти суды рассмотрели еще два дела, которые будет весьма познавательно изучить в комплексе. Оба дела касались случаев совершения неправомерных действий клиентами Интернет-провайдеров.

19 апреля Суд Евросоюза, в порядке ответа на преюдициальный запрос, дал разъяснения шведскому суду относительно иска ряда правообладателей к шведскому провайдеру ePhone, чьи клиенты, используя FTP-серверы, обменивались нелегальными копиями произведений в виде аудиокниг. Правообладатели, признавая, что провайдер не должен отвечать за действия клиентов, требовали от него предоставления данных, идентифицирующих непосредственных нарушителей (данные об их IP-адресах были собраны правообладателями ранее). И здесь суд столкнулся с одной из наиболее острых и горячо обсуждаемых коллизий в современном европейском праве интеллектуальной собственности: должно ли иметь приоритет право авторов получать подробную информацию о нарушителях для привлечения их к ответственности в сравнении с правом пользователей на неприкосновенность их частной жизни и персональных данных?

Суд Евросоюза и на этот раз занял вполне обоснованную позицию — если правообладатели не требуют от провайдера внедрять общую систему фильтрации контента или идентификации неограниченного круга пользователей, то провайдер не может отказать в предоставлении идентифицирующей отдельных нарушителей информации, ссылаясь на защиту персональных данных. Таким образом, Суд подтвердил, что правообладатели могут всецело полагаться на нормы Директивы 2004/48/ЕС о принудительном осуществлении прав на интеллектуальную собственность при защите своих законных интересов в сети Интернет. Кстати, в настоящее время Европейская Комиссия заслушивает мнения различных представителей сферы интеллектуальных прав, оценивая необходимость изменения этой Директивы для более эффективной защиты творческих объектов в Интернете. Сегодня Директива 2004/48 напрямую почти не устанавливает средств защиты в цифровой среде, поэтому судебные решения на эту тему весьма кстати. More »

Эксперты в сфере интеллектуальных прав отмечают, что одна из основных причин участившихся конфликтов пользователей и правообладателей состоит не в содержании интеллектуальных прав, а в тех способах, которыми они осуществляются. Имеются в виду случаи, когда крупные посредники, представляющие, по крайней мере по их словам, интересы авторов либо купившие у них права, зачастую слишком нацелены на получение собственной выгоды и не принимают в расчет потребности и привычки пользователей. В связи с этим и пользователи осознают, что собираемые с них средства идут не на поддержание творчества непосредственно авторов, а на пополнение бюджетов посредников. Поэтому остаются недовольными потребители, поэтому бедствуют творцы (так, представитель Евросоюза указывает на непозволительно низкий уровень доходов европейских музыкантов на фоне относительного благополучия музыкальных корпораций). Эту позицию поддерживают и представители высшей судебной инстанции России.

При этом и эксперты, и сами пользователи практически едины во мнении, что оплату за произведения самим их авторам гарантированно готовы производить подавляющее большинство потребителей — были бы только легальные экземпляры достаточно доступны и средства в большей части поступали их создателям.

Не меньше всех смущают примеры того, как с пользователей собирают деньги за использование, которого не было (и, возможно, не будет), и для авторов, которые не всегда их получают, что имеет место при сборах с производителей записывающей и копирующей техники. Об этой истории хорошо наслышаны российские потребители. Подобный закон хотят принять и в Португалии. More »

Upd: 6 февраля 2013 года Верховный суд Австралии отменил рассматриваемое в настоящей статье решение. Подробности смотрите здесь.

3 апреля апелляционная инстанция Федерального суда Австралии вынесла решение, которое некоторые журналисты, исходя из сути спора, поспешили назвать первым подобного рода в мире: в нем суд признал компанию Google виновной во введении потребителей в заблуждение путем предоставления рекламодателям возможности использовать чужие бренды в качестве своих ключевых слов.

Конечно, признать такое решение уникальным нельзя. Суд Европейского Союза рассмотрел уже несколько похожих судебных дел (в большинстве из которых компания Google также выступала ответчиком). Тем не менее, в австралийском судебном документе есть некоторые отличия от решений европейских судов, прежде всего, с точки зрения правовой оценки ситуации в целом. Рассмотрение таких отличий было бы весьма познавательным, поскольку подобного рода практика в Интернете имеет распространенный характер. Понимание судебной логики позволит избежать серьезных ошибок или же более гарантированно защитить свои законные интересы.

Кроме того, решения судов Евросоюза и Австралии дополняют друг друга, рисуя достаточно наглядную картину происходящего в сфере использования ключевых слов, и наделяя правообладателей разнообразными средствами защиты своих законных интересов. More »

1 марта Суд Евросоюза принял решение по запросу Апелляционного суда Великобритании о разъяснении некоторых моментов оформления прав на базы данных.

Британские суды двух инстанций разошлись во мнениях относительно того, какие права возникают на расписание футбольных матчей.

Директива 96/9/ЕС Европейского Парламента и Совета от 11 марта 1996 года «О правовой охране баз данных» выделяет два типа прав, предоставляемых создателям баз данных: авторское право и право особого рода (sui generis right). В России в 2008 году была принята схожая система, включающая авторское и смежное право на такие объекты.

В рассматриваемом случае истцы разрабатывали базы данных в виде расписания матчей футбольных лиг, что требовало значительных усилий по согласованию дат и мест поединков разных команд в соответствии с определенными условиями. С этой задачей не всегда справлялась специализированная компьютерная программа, так что работникам истцов приходилось самостоятельно продумывать все детали таблицы матчей предстоящего сезона, учитывая пожелания всех клубов и требования футбольных комитетов.

Суд первой инстанции посчитал, что в данной ситуации существовало и было нарушено sui generis право истца, поскольку подготовка таблиц требовала существенных качественных и количественных усилий. More »

9 февраля 2012 года Суд Европейского Союза принял решение по делу C-277/10. Оно интересно по двум соображениям:

Во-первых, в нем решается вопрос о том, насколько режиссер-постановщик может быть ограничен в своих исключительных правах на аудиовизуальное произведение в пользу продюсера фильма.

Во-вторых, рассмотрен очень любопытный казус — может ли право Европейского Союза противоречить международному соглашению по интеллектуальному праву (Бернской конвенции), и что из них в таком случае будет иметь большую юридическую силу?

Первый из указанных выше вопросов – о распределении прав режиссера-постановщика и продюсера фильма — неоднозначно решается и в российском праве. Законодательство, исходя из необходимости защитить интересы продюсера, инвестирующего серьезные средства в создание фильма, закрепляет следующие правила. More »

Страница 2 из 41234