Концепция «FRAND», широко применяемая в патентном праве Евросоюза и США, мало известна в России. Тем не менее, представляется, что знания о ней необходимы многим специалистам по интеллектуальной собственности и интернет-праву. Во-первых, потому, что по своей первоначальной роли соблюдение условий FRAND является обязательным во многих ситуациях национальной и международной стандартизации.

Во-вторых, эта концепция, налагающая на правообладателей дополнительные обязанности, ограничивающие их монополию на объекты патентного права, может служить ярким примером того, что разумные изменения в праве интеллектуальной собственности возможны. Существуют такие варианты взаимодействия правообладателей и пользователей, при которых пользователи, и общество в целом, получают серьезную выгоду от результатов творческой деятельности, не отменяя при этом прав их создателей, но достигая справедливого баланса взаимных интересов.

И хотя данная концепция на практике пока реализуется со значительными трудностями, я постараюсь показать, что эта относительно новая модель взаимоотношений может быть весьма перспективной в будущем.

Ранее я уже писал об одном существенном условии, которое должно сопровождать трансформацию интеллектуального права, — соблюдение основополагающих прав человека. При этом если одни из них служат ограничительными рамками для таких изменений — не нарушение прав на неприкосновенность частной жизни, на свободу слова, свободу распространения информации; то другие — путеводными маяками —право на доступ к культурным ценностям, на образование и развитие, на получение информации. Концепция FRAND вводит в игру второе важное условие — издавна предоставляемая правообладателям монополия на результаты интеллектуальной деятельности (не всегда, к сожалению, применяемая во благо авторов и общества) не должна вести к ограничению конкуренции и препятствовать расширению производства товаров и услуг. Чем же помогает эта концепция?

Термин «FRAND» образован от «fair, reasonable and non-discriminatory», т.е. «справедливый, разумный и недискриминационный». И используется он в следующих случаях. More »

Полный перевод на русский язык этого соглашения опубликован в блоге далее. А здесь приведен его общий обзор.

Анти-Контрафактное Торговое Соглашение (Anti-Counterfeiting Trade Agreement, ACTA, АКТА), пожалуй, первое после Соглашения ТРИПС 1994 года наиболее крупное международное соглашение по вопросам охраны интеллектуальной собственности и интернет-праву.

Оно не вызывало столько споров, как одиозные американские законопроекты SOPA и PIPA, обзор которых был приведен в данном блоге чуть раньше и принятие которых из-за яростного сопротивления крупнейших интернет-компаний и частных лиц, по всей видимости, отложено на неопределенный срок. Но при этом как ни одно другое соглашение окутано огромным количеством домыслов и подозрений.

Начать с того, что все переговоры по нему с октября 2007 года по октябрь 2011 года велись в режиме строгой секретности на закрытых встречах участников. Текст промежуточных проектов никогда не появлялся в открытом доступе и не публиковался. Во время рассмотрения и утверждения итогового текста проекта уполномоченными органами стран-участниц с них бралось обязательство о неразглашении полученной информации. Словом, неудивительно, что отдельные обозреватели даже предполагали, что некоторые положения этого соглашения могут оказаться более жесткими, чем пресловутый SOPA.

Нераскрытый текст проекта порождал самые разные предположения. Сама атмосфера окутавшей его секретности вызывала неоднозначную реакцию не только среди пользователей Интернета, но и среди тех, кто его рассматривал и утверждал. Так, Парламент Нидерландов заявил, что отказывается рассматривать проект соглашения, пока этот процесс не будет сделан более прозрачным для всех граждан, а также жестко раскритиковал Комитет по правовым вопросам Европейского Парламента, поддержавшего рассмотрение проекта на таких закрытых условиях и отклонившего запросы дать по нему развернутые комментарии.

И, естественно, несколько ставших доступными промежуточных проектов соглашения и документов, касающихся переговоров по ним, появились, прежде всего, на сайте Wikileaks. More »

Американские законопроекты «Stop Online Piracy Act» (SOPA) и «PROTECT IP Act», вызвали необычайно горячие и энергичные споры, острую критику и активное сопротивление их принятию. Многие крупные интернет-проекты пишут письма со своими возражениями и негодованием либо проявляют их путем временной приостановки работы, а также призывают к бойкотированию тех, кто эти законопроекты поддерживает.

Противники принятия этих актов ссылаются, например, на то, что действующее законодательство США и так позволяет привлекать к ответственности виновных в нарушении авторских и иных интеллектуальных прав, вспоминая, в частности, недавнее закрытие одного из крупнейших файлообменных сайтов Megaupload.com.

Зачем же продолжать ужесточать законодательство настолько, что это ведет к установлению интернет-цензуры и препятствует свободному распространению информации? — возмущаются многие, опасающиеся, что американское законодательство пойдет по пути Китая.

О непростой ситуации с принятием этих законопроектов пишут многие. Но не всегда раскрывается содержание тех статей, которые и вызывают столь острое неприятие.
Чтобы была более понятна подоплека развернувшейся войны за будущее интернета, приведем перевод основных положений обоих проектов. Это будет весьма поучительно. More »

Компания Amazon, крупнейший мировой продавец книг в сети Интернет, сообщала, что в июле 2010 года ее продажи электронных версий книг впервые превысили по объему продажи книг в твердой обложке, в январе 2011 года они уже обогнали продажи книг в мягком переплете, а в мае этого года электронных книг было продано больше, чем книг в твердой и мягкой обложке вместе взятых.

Эти данные в очередной раз подчеркивают стремительность и неизбежность приближения времени, когда большая часть объектов интеллектуальной собственности станет предметом сделок, совершаемых через Интернет.

Вопросы правового регулирования, и особенно налогообложения, таких сделок становятся принципиально важными, с точки зрения обеих сторон договора. Экономическая доступность электронных произведений для покупателей, а также рентабельность операций по реализации цифрового контента для продавцов — основа успешного роста такого рода сделок.

При этом законодательство многих стран заметно не успевает за развитием электронной торговли или устанавливает для нее менее выгодные условия по сравнению с оффлайновой торговлей интеллектуальными продуктами.

Планируются ли какие-то изменения в данном вопросе в ближайшее время? Споры на эту тему недавно разгорелись в Евросоюзе. More »

Ранее мы уже касались вопроса о том, какие новые способы борьбы с нелегальным распространением контента пытаются использовать правообладатели. Теперь упомянем некоторые новые методы борьбы с контрафактной продукцией, благо зарубежные судьи подкидывают неожиданные в своей простоте и всеохватности идеи.

Достаточно широко известна проводимая в США кампания «Operation In Our Sites», в рамках которой ФБР и Министерство юстиции США уже второй год подряд накануне повышения предрождественской активности потребителей блокируют работу сотен интернет-сайтов, предлагающих к продаже контрафактную продукцию.

Сейчас по иску компании Шанель американский судья Кент Доусон (Kent Dawson) из окружного суда Невады (United States District Court for the District of Nevada) добился еще более впечатляющих результатов, запретив работу 600 сайтов, на которых велась продажа контрафактной продукции Шанель.

В принципе, ничего нового в подобных исках нет, но обращает на себя внимание ряд неоднозначных моментов в вынесенных судьей К. Доусоном предписаниях. More »

Страница 3 из 3123