Ранее в блоге мы уже касались различных аспектов лицензирования в сети Интернет, например, рассматривая такие законопроекты Евросоюза, как Директива о мульти-территориальном лицензировании или Директива о разрешенном использовании произведений-сирот. Все это необходимые шаги в длительном и сложном процессе становления цифрового оборота объектов интеллектуальной собственности. Но проходить этот путь необходимо. Сущность информационного общества не оставляет иного выбора странам, заинтересованным в своем экономическом развитии и стремящимся соблюдать фундаментальные права граждан. Особый интерес представляют комплексные проекты преобразований правового регулирования интеллектуальных прав в цифровой сфере, что мы могли наблюдать, скажем, на примере исследований И. Харгривса (Ian Hargreaves).

Рекомендации И. Харгривса, особенно относительно создания цифровой системы передачи авторских прав, подтолкнули британское Правительство более детально изучить вопрос об особенностях и перспективах лицензирования в глобальной сети. В ноябре 2011 г. эта задача была поручена Ричарду Хуперу (Richard Hooper), который и представил свой отчет «Упрощение лицензирования авторских прав в цифровую эпоху» («Streamlining copyright licensing for the digital age», далее – Отчет) в июле 2012 г.

Великобритания недаром старается уделять столько внимания развитию экономических отношений в цифровой сфере. В 2010 году она занимала первое место среди стран G-20 по уровню вклада Интернет-экономики в ВВП (8,3% ВВП), согласно докладу the Boston Consulting Group «Internet Economy in the G-20». (Россия, кстати, обосновалась на 18-ом месте). Британская музыкальная индустрия, предлагающая потребителям более 70 различных цифровых сервисов, также сильно опережает другие страны. Помимо Соединенного Королевства, только Швеция и США относятся к числу нетто-экспортеров цифровой музыки. Эти показатели побуждают руководство страны уделять значительное внимание вопросам развития Интернет-права, обеспечивающего беспрепятственный и безопасный сетевой гражданский оборот. Особую роль при этом играет более простое лицензирование авторских прав. В основе Отчета лежит проект создания специализированного Центра авторских прав (Copyright Hub), развивающего идею И. Харгривса о цифровых системах авторских прав (digital copyright exchange, DCE). DCE представляют собой автоматизированные онлайновые компьютерные системы, предоставляющие правообладателям возможности предлагать свои права, а пользователям получать на них лицензии. С учетом общепринятых межотраслевых и межгосударственных данных и стандартов, британский Центр авторских прав должен обеспечивать совместимость и масштабируемость применительно к растущим национальным и международным сетям цифрового обмена, авторско-правовым реестрам и базам данных, основываясь на принципах добровольности, согласованного участия, не эксклюзивности и защиты конкуренции.

Рассмотрим основные положения Отчета.

I. Данные о правах.

В ходе исследований ученые пришли к выводу, что точная идентификация произведений, авторов/правообладателей и самих прав является той основой, на которой возможно построение эффективной модели автоматизированного лицензирования. Точная идентификация, в свою очередь, зависит от трудоемких процедур сбора и управления данными. Зато внедрение таких процедур позволит упростить лицензирование, облегчит пользователям доступ к легальным материалам, а самим правообладателям гарантирует своевременное и аккуратное поступление вознаграждений.

Очень важно разработать и применять во всех без исключения случаях корректные идентификаторы лиц и объектов. Например, уже есть идентификаторы для книг (International Standard Book Number, ISBN), для аудиозаписей (International Standard Recording Code, ISRC) и для музыкальных произведений (International Standard Music Work Code, ISWC). Но бывают ситуации, когда одному и тому же объекту присваиваются разные коды, что усложняет задачу правильного определения. Проблема возникает и при установлении авторов, правообладателей, пользователей, лицензиаров, лицензиатов и других лиц. Обычно использующиеся имя и фамилия служат слишком неопределенным и ненадежным источником данных. Они должны быть дополнены указанием на удостоверение личности (ID). Кроме того, можно применять новый идентификатор имен (International Standard Name Identifier, ISNI), разработанный ISO. Наибольшие проблемы, конечно, возникают с теми объектами, единый порядок идентификации которых вообще отсутствует, — с аудиовизуальными произведениями и изображениями.

Сегодня в отношении аудиовизуальных произведений используются несколько видов кодов, например, европейский International Standard Audio-visual Number (ISAN) и американский Entertainment ID Registry (EIDR). Если будет достигнута достаточная степень информационной совместимости этих указателей, то не будет необходимости принуждать всех участников лицензионных отношений применять только один из них. В то же время, некоторые производители контента, в частности, BBC, вообще предпочитают использовать иные средства идентификации. Например, распространение получает метод «связанных данных» (Linked Data). Направленный на обогащение существующих возможностей сети Интернет, он предполагает присвоение материальным и нематериальным объектам особого цифрового кода (Uniform Resource Identifier, Digital Object Identifier), а также последующее связывание объектов посредством таких кодов и гиперссылок с различной информацией в глобальной сети (используя HTTP и RDF). В результате, пользователь сможет достаточно быстро получить данные, относящиеся к интересующим его предметам. Например, узнать, в каких онлайновых магазинах продается нужный ему фильм или когда общественный транспорт прибывает на конкретную остановку. Этот метод горячо поддерживается британским правительством, и имеет хорошие перспективы применительно к лицензированию интеллектуальных прав, особенно в сравнении с остальными идентификаторами. Включение в URI иных присвоенных объекту кодов (ISBN, ISWC и так далее) кардинально улучшит ситуацию с определением предмета в автоматизированных лицензионных договорах. Авторы Отчета рекомендовали всем производителям контента применять международные стандарты его кодового обозначения, а при использовании сетевых указателей, подобных URI, включать в них все иные присвоенные коды.

В сфере коммерческого использования изображений существуют две основные проблемы: не разработаны их уникальные идентификаторы; распространенная практика удаления метаданных существенно затрудняет поиск правообладателей. Существует множество проектов по составлению реестров изображений, в том числе в целях онлайнового лицензирования. Их создателям не хватает лишь скоординированных усилий по принятию универсального стандарта, которому могли бы следовать и аналогичные проекты, и индивидуальные фотографы и иные авторы. Вопрос об удалении метаданных еще более острый – в отсутствие метаданных изображение в большом количестве случаев становится сиротским (orphan works). Его автора не удается установить или обнаружить. И хотя законодательства многих стран запрещают удалять или изменять информацию об управлении электронными/цифровыми правами (DRM, идентификаторы), тем не менее, такая недобросовестная практика распространена чрезвычайно широко. Кроме того, с ростом «Интернета вещей», когда данными обмениваются сами устройства без участия человека, предотвратить удаление информации о правах еще более затруднительно. Всем организациям, регулярно использующим в своей деятельности чужие изображения, следует присоединиться к добровольному кодексу поведения, запрещающему устранять метаданные и применять изображения, в которых такие данные отсутствуют. Также и производителям программного обеспечения для размещения изображений в Интернете стоит обеспечить, чтобы их программы сохраняли все включенные в такие объекты сведения. Как отмечают исследователи, наибольшую пользу принесло бы, пожалуй, присвоение всем изображениям URI-кодов. Поскольку такие объекты могут лицензироваться разнообразными посредниками, включение информации о правообладателях в сам цифровой объект создает дополнительные сложности. Тогда как уникальный URI, указываемый во всех существующих реестрах прав, решает проблему с удалением и изменением метаданных, и содействует упрощению оборота цифровых прав.

Отдельное внимание исследователи уделяют базам данных. По их мнению, нет необходимости объединять в одной базе данных сведения об объектах и правах на них. Выдавать лицензии на один вид охраняемых произведений могут различные организации. У каждой из них вполне может быть своей реестр для учета прав, но вот черпать информацию о самих произведениях они должны из единого источника. В качестве удачных примеров авторы приводят проект музыкальных издателей по созданию Глобальной базы данных репертуара (Global Repertoire Database, GRD), а также проект британской организации PPL, представляющей интересы звукозаписывающих компаний и исполнителей касательно сбора вознаграждений за использование произведений. Реестр PPL содержит сведения, предоставляемые 8500 участниками, о 5,6 миллионах звукозаписей со всего света, выпускаемых на территории Великобритании. При этом члены PPL нацелены на создание мульти-территориальной базы данных, включающей сведения из иностранных источников. Нет сомнений, что от доступности и точности информации выиграют, в том числе, пользователи и потребители, за счет расширения ассортимента произведений, снижения издержек на ведение многочисленных реестров и лицензирование, а также за счет устранения дублирующихся функций по представительству интересов. В то же время применительно к фотографиям и иным изображениям более-менее масштабных баз данных прав пока не существует. Сегмент реестров самих изображений представлен, например, развивающимся проектом PLUS (Picture Licensing Universal System). Он позволяет присваивать материалам уникальные идентификаторы, производить распознавание и поиск изображений, а также обеспечивает совместимость с иными приложениями (предоставляя API).

Исследователи отмечают, что почти не урегулирована растущая активность огромного числа обычных пользователей Интернета, выкладывающих в сети свои произведения, подчас имеющую высокую художественную и коммерческую ценность. В отношении таких изначально цифровых объектов крайне сложно фиксировать информацию. Исключением являются такие проекты, как LCC (Linked Content Coalition), основанные на рассмотренном выше методе связанного контента (linked data).

По мнению авторов Отчета, LCC решает и следующую сложную проблему с базами данных – обмен содержащимися в них данными между различными системами, чтобы сведения о правообладателях и условиях использования медиа-контента были доступны и понятны всем заинтересованным конечным пользователям или представлены в машиночитаемой форме. Он предлагает открытые, общедоступные стандарты обмена информацией об авторских и смежных правах, независимо от типа устройства или платформы.

II. Упрощение лицензирования авторских прав.

Основным шагом на пути к упрощению лицензирования, по мнению авторов Отчета, станет создание Центра авторских прав (Copyright Hub).

Центр авторских прав должен функционировать на основе указанных выше единых стандартов и принципов. Это позволит распространить его деятельность на самые разные отрасли экономики и международные территории. Будучи созданным в Великобритании, Центр должен быть технологически связан с широкой сетью национальных и международных, частных и государственных баз данных, реестров авторских прав и иных систем управления цифровыми правами. Его характеристики должны позволять подстраиваться и масштабироваться в ответ на изменяющиеся и увеличивающиеся системы управления правами. Исследователи образно представили такой Центр в качестве ступицы колеса, спицы которого служат для взаимодействия с иными системами.

В проработке Центра авторских прав исследователи ориентировались на имеющиеся положительные примеры создания подобных моделей. Например, их вдохновлял американский Copyright Clearance Centre (CCC), с 1995 г. выполняющий похожие функции в издательской индустрии, а также Digital Licensing Framework (DLF) TSB, облегчающий обмен информацией между правообладателями и пользователями при заключении и исполнении лицензионных договоров, в том числе в автоматизированном режиме.

Центр авторских прав будет соединять авторов, правообладателей и управляющих правами, с одной стороны, и пользователей, лицензиатов, с другой стороны. Его основная цель – предоставление лицензий на использование результатов интеллектуальной деятельности в максимально простом, удобном и быстром порядке с минимальными транзакционными издержками. При этом приоритетное внимание будет уделяться не охраняемым объектам с самый высоким доходом от вознаграждений за использование, а объектам, генерирующим небольшой доход. Первые и так представлены в репертуарах большого количества посредников и вполне доступны представителям общества. Тогда как вторые, более многочисленные, реже используются заинтересованными лицами в силу отсутствия инфраструктуры лицензирования прав на них. При этом их огромный ассортимент и невысокая стоимость зачастую создают большую привлекательность для пользователей. Соответственно, и в качестве пользователей предполагаются преимущественно небольшие компании, стартапы, учебные учреждения, обычные потребители. Как утверждают эксперты, это вполне соответствует нынешней тенденции смещения творческой активности из центра творческой индустрии к массовой периферии, представленной малыми компаниями и частными лицами.

Исследователи выделяют 4 главные задачи Центра авторских прав:

1) Предоставление информации и обучение авторскому праву.

Центр, вкупе со взаимосвязанными с ним базами данных, должен аккумулировать всю необходимую информацию, касающуюся использования произведений. Обладание полнотой информации об авторских правах поневоле возлагает на Центр обязанность по обучению обращающихся к нему правообладателей и пользователей. Особенно такое обучение важно для пользователей, не имеющих регулярного лицензионного опыта, — небольших организаций, учебных учреждений, индивидуальных пользователей и др.

2) Ведение реестров прав.

Как указывалось выше, достаточная идентификация произведений, правообладателей, а также доступность сведений об условиях использования охраняемых объектов интеллектуальной собственности и выданных лицензиях способны кардинально улучшить текущее положение на лицензионном рынке и ускорить его развитие. Кроме того, такая информация будет очень востребована в ходе принудительного осуществления авторских прав, в частности, в ситуациях распространения контента индивидуальными пользователями через P2P-ресурсы; функционирования нелегальных сайтов и отображения ссылок на них в поисковых результатах; получения рекламодателями прибыли от использования нелегального контента; платного распространения нелегального контента по подписке. Огромная значимость Центра обусловливает необходимость создания четких механизмов проверки данных и разрешения споров.

3) Создание рынка прав.

Центр авторских прав позволит корпоративным и индивидуальным правообладателям в автоматизированном режиме (кроме нетиповых случаев) выдавать лицензии, за плату или безвозмездно, на индивидуальные произведения или любую их совокупность самому широкому кругу пользователей, основываясь на принципах добровольности, согласованного участия, не эксклюзивности и поддержки конкуренции. Функционал Центра авторских прав должен обеспечивать автоматизированное оформление необходимых лицензионных документов, возможность оплаты электронными или иными безналичными средствами, а также содействовать удаленным коммуникациям заинтересованных лиц.

4) Помощь в решении проблем сиротских произведений.

Центр авторских прав позволит проводить должный и разумный поиск правообладателей сиротских произведений. Его проведение позволит либо установить владельца прав, либо санкционирует использование произведения без дальнейших поисков.

Также упрощению лицензирования авторских прав, по мнению исследователей, будет способствовать дальнейшая оптимизация процедуры выдачи лицензий для различных образовательных учреждений. В этих же целях необходимо дальнейшее развитие лицензирования в отношении музыкальных произведений (предоставление различных бланкетных и прямых лицензий, в том числе мульти-территориальных).

III. Решение проблем сиротских и массово оцифровываемых произведений.

Авторы Отчета подчеркивают особую важность обозначенных проблем в современном информационном обществе. Масштабная перевод результатов интеллектуальной деятельности, чтобы они стали доступны как можно большему количеству пользователей, требует специального законодательного регулирования. Особенно в ситуациях, когда легальной оцифровке препятствует невозможность определить, а если он определен, то обнаружить автора произведения, то есть применительно к сиротским произведениям.

Реформа британского законодательства, позволившая бы преодолеть эти проблемы, уже успешно идет. Исследователи отмечают основные планируемые изменения правового регулирования: до начала использования произведения в качестве сиротского необходимо провести должный поиск, результаты которого будет проверять уполномоченный независимый орган; сиротские произведения будут фиксироваться в реестре; за использование сиротских произведений будет отчисляться и накапливаться вознаграждение, сопоставимое с оплатой за подобные объекты. Заметим, что положения британского проекта во многом пересекаются с нормами проекта Директивы Евросоюза о сиротских произведениях, перевод которого был не так давно представлен в блоге. В отношении массовой оцифровки проект предполагает наделение организаций по сбору вознаграждений, удовлетворяющих особым стандартам, правом представлять интересы широкого круга правообладателей, в том числе тех, кто не имеет соглашений с такой организацией, если только пользователи прямо не запретят выдачу лицензий на оцифровку без их согласия.

Любопытный момент: согласно обязательствам, принятым Россией при вступлении в ВТО, до 2013 года российские организации по коллективному управлению авторскими правами должны лишиться права представлять интересы тех правообладателей, кто не давал на это прямого согласия (таким правом сегодня обладают особые аккредитованные организации). Это ограничение вводится, чтобы не допускать злоупотребления подобными организациями своими полномочиями, например, когда они не перечисляют собранное вознаграждение правообладателям, которые при этом иногда даже не знают, что им причитаются какие-то суммы. Члены ВТО видят в подобной практике угрозу их торговым интересам. С другой стороны, интересы доступа к культурному наследию максимально широких слоев населения требуют, чтобы оцифровка производилась в более простом порядке, без розыска каждого конкретного правообладателя, естественно при условии четкого соблюдения законодательных требований. С этой точки зрения, следует согласиться, что специально отобранная и контролируемая правообладателями организация по коллективному управлению правами должна иметь полномочия разрешать оцифровку сиротских произведений, а также ряда иных в некоммерческих, образовательных целях. Именно в этом направлении планирует развиваться британское право.

В качестве вариантов технологического решения задачи проведения должного и разумного поиска правообладателей, исследователи приводят в пример успешно завершившийся проект ARROW и новый проект ARROW Plus, поддерживаемые Европейской Комиссией. Последний будет до конца сентября 2013 года действовать в целом ряде стран Евросоюза, и облегчать проведение должного поиска не только в отношении литературных произведений, но и изображений, и некоторых иных охраняемых объектов.

IV. Обеспечение полноты репертуара.

Широко известно, что принципы функционирования Интернета, предполагающие доступность размещенного в нем контента, давно выработали у пользователей привычку незамедлительно получать интересующую их информацию в цифровом виде. Поэтому отсутствие каких-либо более-менее популярных авторских материалов в глобальной сети ведет, в итоге, не к защите прав авторов от нарушений, а к ущемлению их интересов: оцифровка и распространение таких материалов, скорее всего, будут производиться без их согласия. Отсюда широкая распространенность различных сайтов по обмену контента между индивидуальными пользователями (peer-to-peer, файлообменных сетей). Поэтому осуществление этих процедур под контролем правообладателей принесет им большую пользу и выгоду. Доступность и полнота легального контента — необходимый шаг в развитии лицензирования в цифровой сфере. Даже если автор произведения возражает против определенных способов использования его произведения, включение информации об этом в цифровой экземпляр произведения или глобальную базу данных обеспечит более надежное достижение цели, чем утаивание произведения от новой интерактивной реальности.

Share:
  • PrintPrint
  • email hidden; JavaScript is required
  • PDFPDF
  • FacebookFacebook
  • TwitterTwitter
  • Google BookmarksGoogle Bookmarks
  • Add to favoritesAdd to favorites
  • RSSRSS
Количество просмотров: 921

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *