Одной из наиболее острых тем в дискуссиях о судьбе авторского права остается вопрос о сохранения системы принудительных сборов за частное копирование (private copying levies). Впервые сборы появились в европейском законодательстве в 1966 году. С тех пор они остаются распространенным инструментом защиты интересов правообладателей, применяемым в большинстве стран Европы. Но в последние годы их правомерность поставлена под серьезное сомнение.

Сборы за частное копирование включаются в стоимость товара и выплачиваются коммерческими организациями при производстве, импорте или продаже чистых носителей и устройств для записи, которые могут быть использованы для копирования охраняемых авторским и смежным правом результатов творческой деятельности. Такие сборы представляют собой форму компенсации, удерживаемую с конечных пользователей носителей и устройств в пользу правообладателей в связи с потерей последними лицензионного вознаграждения вследствие невозможности его администрировать при домашнем копировании охраняемых произведений.

Эффективность подобного инструмента не оспаривается, но с развитием технологий и с изменением общественных отношений под вопрос была поставлена допустимость применения инструмента принудительных сборов в цифровой сфере. Как заметил профессор права Daniel J. Gervais: «Поскольку стало доступным индивидуальное управление правами, в сохранении системы обязательных сборов нет ни необходимости, ни правовых оснований». Действительно, современные технологии (такие как DRM) предоставили правообладателям дополнительные возможности обеспечивать свои интересы. В то же время сфера применения обязательных сборов не только не остается прежней, но все более расширяется, охватывая все новые виды частного пользования. В результате, растет количество примеров явного ущемления интересов частных пользователей. Так что некоторые уже ведут речь о злоупотреблении правами со стороны владельцев интеллектуальных прав.

Сегодня все отчетливее звучат призывы пересмотреть или полностью ликвидировать этот правовой механизм. Хотя, надо признать, надежных инструментов его замещения пока не предложено. Как известно, правовая роль технических средств защиты весьма несовершенна. Они сами порождают ряд сложных правовых коллизий. В октябре 2010 года Суд Евросоюза в известном деле «Padawan» (C-467/08) указал на недопустимость взимания сборов за частное копирование с оборудования и носителей, особенно цифровых, которые фактически не будут использоваться для частного копирования. Тем самым назревшая потребность реформирования системы компенсаций получила поддержку на самом высоком уровне.

В 2011 году правительство Нидерландов предложило отменить систему сборов за частное копирование, но столкнулось с суровой критикой как со стороны некоторых политических партий, так и представителей Евросоюза. Основной довод противников отмены – прежде чем ограничивать право авторов на получение вознаграждения необходимо разработать действенные альтернативные способы его сбора, более подходящие для цифровой сферы. Руководство Испании было более единодушно, и с 1 января 2012 года сборы за частное копирование в этой стране были отменены. В Греции взимание таких сборов запрещено уже достаточно давно. А Великобритания подтвердила свое нежелание вводить такие сборы вообще.

Особняком стоят правительства Португалии и России, стремящиеся вскочить в последний вагон уходящего поезда и спешно вводящие у себя системы обязательных сборов в их первоначальном, не реформированном виде.

В этой статье мы хотим более подробно рассмотреть опыт Евросоюза, в котором необходимость реформирования института обязательных компенсаций осознается достаточно давно. Стоит отметить, что сложность данного вопроса пока еще затрудняет странам ЕС совершение конкретных практических шагов. Тем не менее, собранные ими данные вполне стоит принять к сведению. Они помогут более четко осознать, какие проблемы мы создаем введением неоднозначного правового механизма, и в каком направлении смотрит будущее законодательство.

Но для начала несколько слов о различных причинах появления самой системы сборов, озвученных законодателями в государствах-членах ЕС (отсюда):

— «Осуществимость права» — очевидно, что любая система контроля за тем, как соблюдаются авторские права в процессе воспроизведения охраняемых объектов для личного пользования, будет весьма затратной, сложной и посягающей на неприкосновенность частной жизни. Но в цифровую эпоху ситуация меняется. Авторы обладают большими возможностями организовать такой контроль без установления неких усредненных обязательных сборов.

— «Разделение рынка» — широко распространено убеждение, что сборы призваны компенсировать правообладателям возможные убытки, причиненные актами частного копирования. Но уровень таких убытков определить непросто, особенно в отношении так называемой «потери продаж» носителей со звукозаписями и фильмами. Поэтому некоторые эксперты предпочли использовать понятие «доли рынка». Получателями экономической выгоды от развития рынка устройств и носителей для записи охраняемых произведений прежде всего стали производители таких устройств и носителей. Обязательные сборы были введены, чтобы предоставить долю такого рынка правообладателям, имеющим монополию на копирование. Соответственно, сборы – это не компенсация авторам за случаи пиратства, или, по крайней мере, не только она.

— «Справедливость» — система обязательных сборов за частное копирование может быть рассмотрена и под углом справедливой компенсации правообладателям за ограничение их прав: трехступенчатый тест, предусмотренный Бернской конвенцией и рядом иных международных соглашений, предполагает, что изъятия из авторских прав должны подчиняться четким требованиям во избежание ущемления, в том числе экономических, интересов правообладателей. Некоторые исследователи и рассматривают справедливую компенсацию в качестве способа возмещения возможного вреда таким интересам.

— «Объективность» — некоторые законодатели исходят из представления, что высокие расходы «малых» правообладателей, не имеющих возможности тратить значительные суммы на принудительное осуществление своих прав, могут быть компенсированы введением системы обязательных сборов. Такая система приносит им экономическую выгоду без серьезных затрат, и более-менее уравнивает их с «крупными» правообладателями в возможностях на рынке.

— «Легкий доступ» — единообразная система сборов упрощает для пользователей доступ к охраняемым произведениям, снимая с них обязанность получать согласие правообладателя на каждый акт копирования.

— «Национальный режим» — сборы, представляющие собой, помимо прочего, форму роялти за предоставляемые по закону лицензии, распределяются на основе национального законодательства между правообладателями, подпадающими под соответствующий национальный режим.

Вскоре стали осознаваться сопутствующие этой системе правовые проблемы. Начались попытки определить единые принципы функционирования системы обязательных сборов на уровне Евросоюза. В 1990 году Европейская Комиссия отметила негативное влияние на внутренний рынок со стороны разобщенных национальных норм, посвященных этому вопросу. Было принятой решение подготовить проект Директивы ЕС о частном копировании. Но на свет он так и не появился.

В 2006 году Комиссия проанализировала законодательство государств-членов ЕС, предусматривающих взимание обязательных сборов за частное домашнее копирование. Полученные данные были обобщены в документе от 14.02.2008 г. «Справедливая компенсация за действия по частному копированию» («Fair Compensation for Acts of Private Copying»). И хотя к реальным практическим шагам это также не привело, отчет заслуживает пристального внимания, как сборник основных материалов по теме. Отметим также, что в конце 2011 года началась еще одна попытка Евросоюза как-то привести систему сборов за частное копирование к единому более справедливому знаменателю.

Под «сбором за частное копирование» Комиссия понимает «форму косвенного вознаграждения правообладателей, основанную на предположении о фактической невозможности выдавать лицензии на некоторые действия по частному копированию». Невозможность лицензирования (и контроля) предполагает причинение некоего экономического вреда правообладателям, прежде всего, в виде упущенной выгоды. Такой сбор обычно «привязывается» к определенным видам продукции (оборудование или чистые носители), используемой для воспроизведения (т.е. копирования) в домашних условиях аудио-, аудиовизуальных или текстовых материалов, таких как музыка, фильмы или книги. И взимается он с изготовителей, импортеров или дистрибьюторов такой продукции. В некоторых странах обязанность уплачивать компенсацию возлагается непосредственно на конечных пользователей.

На уровне Евросоюза нет единого акта, посвященного вопросам установления сборов за частное копирование. Они решаются исключительно в национальном законодательстве. А значит, различаются методологии исчисления сборов, тарифы и перечень облагаемой ими продукции. Различен и перечень произведений, за копирование которых удерживается сбор. В России, согласно ст. 1245 Гражданского кодекса, сборы уплачиваются за воспроизведение в личных целях аудиовизуальных произведений и фонограмм. В 2008 году было 22 страны ЕС, законодательство которых предусматривало взимание сборов. Нормативные акты Великобритании, Ирландии, Кипра, Люксембурга, Мальты не содержат положений о подобной компенсации в пользу правообладателей. Но это не значит, что копирование в этих странах будет свободным. Так, законодательство Великобритании и Ирландии вообще не устанавливает изъятий из права на воспроизведение. Поэтому любые действия по частному копированию требуют получения прямого разрешения правообладателя. Единственное исключение – без согласия правообладателя пользователи могут записывать передачи, сообщаемые в эфир или по кабелю, для их просмотра (прослушивания) в удобное время позднее. В то же время правительство Великобритании заявило о намерении узаконить ограничение интеллектуальных прав в виде личного копирования, но подтвердило, что сборы вводиться не будут: ограничение и так достаточно узкое, поэтому возможный вред правообладателям минимален. Мальта и Люксембург разрешают свободное и безвозмездное копирование охраняемых произведений в личных целях. В Греции нормы о взимании сборов приостановлены с 2003 года вследствие активных протестов представителей информационно-телекоммуникационной отрасли.

Согласно статье 5(2)(b) Директивы ЕС 2001/29/EC от 22 июня 2001 года о гармонизации определенных аспектов авторских и смежных прав в информационном обществе государства-члены ЕС могут предусмотреть ограничение исключительного права на воспроизведение: «в отношении воспроизведения физическим лицом на любом носителе в личных целях, не связанных прямо или косвенно с извлечением прибыли, при условии получения правообладателями справедливой компенсации, рассчитанной с учетом применения или неприменения технических мер защиты мер произведений или иных охраняемых объектов, указанных в статье 6». Данная норма имплементирована в законодательство всех государств-членов ЕС (кроме Великобритании и Ирландии), хотя и со своей спецификой. Так, в Италии подобное ограничение применимо только к случаям копирования аудиовизуальных произведений и звукозаписей. В Финляндии оно действует лишь в отношении правомерно приобретенных экземпляров, а в Германии – источников, явно не являющихся незаконными. И во всех странах загрузка цифровых копий охраняемых объектов на сервер или иной компьютер не попадает в сферу рассматриваемого исключения (поэтому участие пользователей в раздаче файлов со своих компьютеров через peer-to-peer протоколы без согласия правообладателей не признается частным копированием и расценивается как правонарушение).

21 государство-член ЕС установило, что частное копирование допустимо только в случаях использования контента лично пользователем или членами его семьи. Законодательство 6 государств (Венгрия, Германия, Дания, Испания, Франция, Швеция) признает копирование законным, только если легальным был источник, из которого контент получен. Поэтому воспроизведение нелегальных экземпляров произведений и иных объектов, скачиваемых из Интернета (P2P, новостные группы, форумы и т.д.), не охватывается изъятием, предусмотренным статьей 5(2)(b) Директивы. В этих странах копирование нелегального контента будет оставаться незаконным, даже если пользователь уплатил сбор за частное копирование.

Комиссия обозначает еще одну важную проблему. Ни в одном из государств законодатель не устанавливает особых правил для носителей контента, защищенных DRM-системами от копирования. Представители информационной и компьютерной отраслей, а также ассоциаций пользователей все настойчивее протестуют против этого. Они уверены, что рост продаж контента, защищенного от копирования и снабженного механизмами электронного управления правами, должен вести к уменьшению сборов. Системы DRM, предназначенные для расширения возможностей правообладателей контролировать использование контента, действительно, имеют потенциал устранить ситуацию, вызвавшую к жизни систему обязательных сборов. Безусловно, сами DRM-системы создают множество новых вопросов. Их применение чрезмерно усложняет пользование защищенным контентом и лишает программы, оперирующие таким контентом, важной характеристики — взаимной совместимости. Тем не менее ситуации, когда DRM все же используется, должны иметь надлежащее отражение в законодательстве и сокращать размер взимаемых с потребителей сборов. Пока же ясности в праве не наблюдается. Пункт 39 вводной части Директивы 2001/29/EC (InfoSoc) пока лишь призывает государства-члены Евросоюза учитывать потребности технологического и экономического развития в ходе регулирования цифрового частного копирования и компенсационных сборов, когда правообладатели обладают эффективными средствами технической защиты принадлежащих им произведений. Но принципов такого учета право ЕС пока не содержит. В результате, широко распространена практика взимания сборов при копировании защищенных цифровых материалов.

Комиссия обращает внимание на отличие справедливой компенсации, взимаемой за частное копирование», от справедливого вознаграждения (equitable remuneration), уплачиваемого за прокат или безвозмездное пользование экземплярами произведений. Справедливое вознаграждение предусмотрено, например, статьей 4(4) Директивы ЕС 2006/115/EC. В понятии «справедливое вознаграждение» на первый план выходит правомочие автора получать вознаграждение за каждый акт использования произведения, тогда как в понятии «справедливая компенсация» — необходимость учета возможного вреда, причиняемого правообладателю частным копированием, а отсюда компенсационный характер сбора.

Как упоминалось, большинство стран предусмотрели взимание справедливой компенсации в виде системы сборов за частное копирование, распространяющихся на записывающее оборудование и/или чистые носители. Но есть и иные подходы. В Норвегии организации в сфере информационно-коммуникационных технологий не обязаны уплачивать сборы. Вместо этого правообладателям выдаются особые субсидии из государственного бюджета. В 2005 году норвежское правительство выплатило правообладателям 4 миллиона евро за частное копирование звукозаписей и фильмов, еще 2,7 миллиона евро было перечислено в специальный фонд поддержки аудио- и аудиовизуальных искусств.

Но основные различия между государствами-членами ЕС концентрируются в двух вопросах: перечень продукции, при продаже которого взимается компенсация, и размер тарифов. Во всех государствах сбор взимается с носителей, но не во всех он при этом взимается и с оборудования. В 2005 году картина выглядела следующим образом:

Компенсация уплачивается при продаже и носителей, и оборудования в Бельгии, Венгрии, Германии, Греции, Испании, Италии, Латвии, Польше, Словакии, Словении, Финляндии, Чехии, Эстонии. Только с носителей – в Австрии, Дании, Литве, Нидерландах, Португалии, Франции, Швеции.

Конкретный перечень оборудования и носителей определяется уполномоченным государственным органом или обществом по коллективному управлению правами, собирающим такую компенсацию. Так, в Германии сбор уплачивается при продаже персональных компьютеров и CD-рекордеров. Решением суда принтеры не признаны устройством для воспроизведения, поскольку не создают точную копию охраняемого объекта, поэтому их продажа не облагается сбором. Тогда как сканеры облагаются, поскольку позволяют изготовить точные копии. Также действует важное правило: если персональный компьютер используется вместе с внешним устройством, применяемым для создания копий (например, сканером), и такое внешнее устройство облагается сбором, то отдельного сбора за персональный компьютер не уплачивается (но только для целей создания копий печатных произведений, тогда как применительно к копиям музыкальных и аудиовизуальных произведений компенсация будет взиматься и с персонального компьютера). А в Бельгии компенсация не уплачивается и при продаже CD-рекордеров. Наблюдается явная тенденция отнесения жестких дисков, встроенных в компьютерные устройства, к носителям, поэтому они достаточно часто облагаются сбором. В Австрии и Франции компенсация выплачивается за жесткие диски, встроенные в устройства, такие как MP3-плейеры, персональные видеорекордеры, приставки к ТВ и т.д., поскольку такие жесткие диски рассматриваются как носители информации. При этом в Греции, Испании и Португалии закон прямо исключает жесткие диски из облагаемого перечня, а в Австрии они исключены по решению Верховного суда. По состоянию на 2006 год, в большинстве стран ЕС компенсация не взималась в отношении мобильных телефонов. Мобильные телефоны облагаются сбором в Германии (если они имеют встроенный жесткий диск) и в Финляндии (если способны воспроизводить файлы музыкальных форматов).

Помимо обычно облагаемых сбором DVD и CD-дисков, в Австрии, Венгрии, Польше, Франции, Чехии и некоторых иных странах, компенсация взимается также за переносные карты памяти, которые поддерживаются различными видами оборудования. В других государствах, наоборот, сбор уплачивается не за карты памяти, а за устройства, с которыми они могут использоваться. Персональные видеорекордеры облагаются сборами как «чистые носители» в Австрии и Франции, и как «оборудование» в Венгрии, Польше, Финляндии, Чехии.

Тарифы в разных странах также определяются по-разному. В некоторых из них применяется фиксированная сумма за вид оборудования или носителя, тогда как в других ставка привязывается к их стоимости. В некоторых сбор вообще зависит от воспроизводимого цифрового объекта, либо в виде фиксированной суммы, либо определяемой исходя из его размера, либо в виде процента от рыночной стоимости, либо отталкиваясь от потенциальной продолжительности записи на носитель. При этом сами тарифы, рассчитываемые сходным образом, могут существенно различаться. Так, размер сбора, взимаемого с чистого CD-диска, во Франции в 11 раз выше, чем в Германии.

Подробнее с размером тарифов можно ознакомиться в приложениях к рассматриваемому Отчету. Приведем лишь некоторые цифры для примера. Комиссия опросила государства-члены ЕС, какова будет ставка компенсации, применяемая к цифровому музыкальному плееру со встроенной памятью 4 ГБ.

— Австрия – устройство со встроенной памятью облагается по ставке 12 евро, со скидкой в 1/3, если устройство многофункциональное;

— Бельгия и Нидерланды – сбор не взимается;

— Германия – единая ставка для цифровых плееров составляет 2,56 евро;

— Греция – 15,54 евро (6% от цены устройства);

— Испания – ставка зависит от записывающей возможности оборудования: 0,6 евро (базовая ставка за оборудование) + 0,18 евро за каждый потенциальный час записи, т.е. 12,6 евро за рассматриваемое оборудование;

— Италия – 3% от цены устройства со встроенной памятью (7,77 евро), тогда как устройства, поддерживающие карты памяти, с 2005 года сбором не облагаются;

— Литва и Словакия – 3% от цены устройства со встроенной памятью (7,77 евро) и 6% от цены устройства с внешней памятью (15,54 евро);

— Польша – 3% от цены устройства со встроенной памятью (7,77 евро) и 1% от цены устройства с внешней памятью (2,59 евро);

— Чехия – 3% от продажной стоимости устройства со встроенной памятью и 4% от стоимости устройства, поддерживающего карты памяти (т.е. примерно 7,77 евро и 10,36 евро, соответственно, за Apple iPod 4ГБ);

— Финляндия – 15 евро за само устройство (независимо от типа памяти) + 0,005 евро за каждую потенциальную минуту записи;

— Франция – 8 евро за любой вид оборудования, независимо от типа памяти;

— Швеция – 1,8 евро;

— Эстония – 3% от цены устройства со встроенной памятью (7,77 евро) и 8% от цены версии с картами памяти (20,72 евро).

Подводя итог этой части отчета, Комиссия подчеркивает, что, несмотря на серьезные различия в тарифах и принципах их исчисления, компенсация нисколько не учитывает разницу в объеме частного копирования: поэтому тем пользователям, которые вообще не воспроизводят для своих целей охраняемые произведения, приходится платить такие же суммы, как и тем, кто записывает их в огромных объемах.

Компания TNS Technology провела любопытное исследование в Испании в 2005 году, опросив пользователей домашних многофункциональных устройств. Выяснилось, что функции принтера использовали 57% всех опрошенных, копира – 25%, и функции сканера – 18% потребителей. Далее, 93,4% из числа использовавших функцию копира не применяли ее в отношении печатных изданий. Оставшиеся 6,6% воспроизводили на своих устройствах не только книги. Получилось, что лишь 1,65% всех копий, создаваемых в домашних условиях на МФУ, изготовлены с каких-либо книг. Опрос 5700 пользователей показал, что в среднем в месяц они печатают 10 страниц копий (любых материалов).

Таким образом, делают вывод исследователи, на одном устройстве в течение года копируется в среднем 1,92 страницы из книг, а за весь средний срок службы такого устройства (3-4 года) – всего 5,76-7,68 страниц. Следовательно, учитывая, что законодательно установленный размер компенсации за репрографическое воспроизведение отрывков из книг (в библиотеках и иных подобных организациях), собираемого испанским коллективным обществом CEDRO, составляет 0.02348 евро за страницу, получается, что ставка сбора за частное копирование не должна бы превышать 0,18 евро за устройство! Тогда как фактически такая ставка составляет 15 евро, плюс НДС, т.е. примерно в 85 раз превышает логически обоснованный размер предположительно причиняемого правообладателю вреда. Уплачивая 15 евро за устройство, пользователь, по сути, получает право изготовить 638 страниц копий из книг (исходя из ставки за репрографическое воспроизведение не в домашних условиях), тогда как фактически он копирует лишь 7,68 страниц. Подобная ситуация явно свидетельствует о неосновательном обогащении некоторых правообладателей, продолжают исследователи.

Они привели еще один вариант оценки обоснованности сбора за частное копирование. На этот раз путем сравнения сумм роялти, полученных автором при продаже его книг и не полученных из-за вытеснения оригиналов книг скопированными экземплярами. Исследователи исходили из следующего. Средняя стоимость книги в Испании — 12,16 евро, а среднее вознаграждение автору за использование его прав с каждой книги составляет 5.2016%. Таким образом, минимальная за МФУ сумма 15 евро эквивалентна вознаграждению за права на воспроизведение 23 книг. Стало быть, можно полагать, что законодатель, устанавливая сбор за частное копирование с использованием МФУ в размере 15 евро, исходил из предположения о намерении приобретателя такого МФУ скопировать 23 книги, отказываясь от покупки соответствующего количества книг. Даже более скромный подход, учитывающий распределение сборов между авторами и издателями в пропорции 55% на 45%, соответственно, показывает, что сбор за частное копирование компенсирует автору вознаграждение за 13,03 книги. Но, как показано выше, нет никаких оснований полагать, что каждый покупатель МФУ скопирует 13 книг вместо их приобретения. И эти расчеты ярко высвечивают необоснованность установления сумм сборов без учета реального использования потребителем охраняемых результатов творческой деятельности. Компенсация фактически лишается права называться «справедливой».

В ходе проведенных Европейской Комиссией консультаций было установлено, что между заинтересованными лицами, влияющими на установление размера сборов за частное копирование, отсутствует какое-либо взаимопонимание и более или менее четкое видение объективных критериев их расчета. В результате, тарифы нередко меняются, и существенно различаются от государства к государству.

Насколько велика общая сумма сборов? Комиссия приводит неоднозначные цифры. Так, согласно данным нидерландского общества Stichting de Thuiskopie, администрирующего сборы за частное копирование, в 2002 году в странах ЕС, предусматривающих взимание таких компенсаций, было собрано 291.335 миллионов евро, в 2003 году — уже 376.468 миллионов евро, а в 2004 году — 567.774 миллионов евро. А, например, по оценке представителей ICT-отраслей в 2005 году было собрано 1,2 миллиарда евро.

Следующая затронутая Европейской Комиссией тема касается отчислений из собранных сумм компенсаций на финансирование деятельности в сфере культуры (расходуемых, например, на поддержку молодых артистов или артистов, оказавшихся в тяжелом жизненном положении). На такие отчисления обычно ссылаются, чтобы подчеркнуть социальную обоснованность самих сборов.

Практика финансирования культуры за счет вычетов из собранных средств зародилась в Германии в 1930-е годы, а затем распространилась в странах континентальной Европы. Модельное соглашение, предложенное Международным союзом обществ авторов и композиторов (CISAC), предусматривает удержание до 10% собранных средств для перечисления в социальный и культурный фонд (напомним, Российский союз правообладателей отстоял право перечислять в фонды 20% собранных средств). Такие фонды имеют разные цели в разных странах: в Германии — пенсионное обеспечение, во Франции — проведение художественных и музыкальных фестивалей и т.д. Преобладающая роль удержаний из сборов в наполнении подобных фондов очевидна из сопоставления следующих цифр: из собранных в 2005 году сумм компенсации за частное копирование в фонды было перечислено 23%, а из полученных коллективными обществами иных выплат в пользу авторов (роялти и т.п.) в фонд перечислено только 3,7%.

Таким образом, по данным 2004 года, 23% (129 миллионов из 567 миллионов евро) от сумм компенсаций, собранных в странах ЕС, перечислено в специальные фонды на культурные и социальные цели. Посмотрим, как эта цифра распределилась по конкретным странам (из тех, по которым были получены данные). Австрия — в фонд перечислено 51% от суммы сборов; Италия — 50%; Финляндия — 42,5%; Дания — 33%; Литва и Франция — по 25%; Испания — 20%; Нидерланды — 15%; Германия и Латвия — по 10%; Венгрия — 6,6%; Бельгия, Польша, Словакия, Чехия и Швеция — 0%.

Открытые вопросы.

Далее, Европейская Комиссия в своем отчете приводит некоторые нерешенные вопросы, поставленные на повестку дня по итогам консультаций с участниками в 2006 году. Именно их прежде всего предстоит учитывать законодателю, стремящемуся привести систему сборов в более разумный вид.

1) Трансграничная торговля и электронная коммерция.

Импортер, ввозящий в государство-член ЕС товар, облагаемый сбором за частное копирование, должен уведомить об этом общество по коллективному управлению правами и заплатить причитающуюся сумму сбора. При этом не имеет значения, должен ли импортер или иное лицо платить или уже заплатил сходные сборы в государстве, откуда товар вывозится. Законодательство некоторых государств-членов ЕС содержит положения, обязывающие уплачивать сборы за частные копирование и самих конечных потребителей, если они покупают облагаемый сбором товар в ином государстве-члене ЕС (через интернет-магазин или физически). Не во всех странах предусмотрены процедуры возврата импортеру суммы сборов, уплаченных коллективному обществу в стране экспортера. Если такие процедуры возврата и действуют, они зачастую не распространяются на интернет-продавцов. Поэтому нередки ситуации уплаты двойной суммы сборов за одно и то же устройство.

2) Профессиональные пользователи информационно-телекоммуникационного оборудования.

Система сборов за частное копирование, как упоминалось, совершенно не учитывает количество записываемых охраняемых объектов. Между тем, многое оборудование и носители, за которые уплачены сборы, вовсе не применяются для копирования и записи произведений или иных результатов чужого труда. На них могут размещаться архивы компьютерных программ, личные файлы пользователей и иные неохраняемые материалы. Особенно это характерно для различных профессиональных пользователей (организация малого и среднего бизнеса, административных учреждений, библиотек, школ и т.д.) — все они платят сборы за частное копирование не занимаясь самим копированием. Даже если общества по сбору вознаграждений соглашаются, что подобные профессиональные пользователи должны бы освобождаться от уплаты сборов, тем не менее они настаивают на невозможности изменения существующей системы сборов. Любые исключения для отдельных категорий пользователей, по их мнению, сделают администрирование системы чрезмерно обременительным и дорогостоящим.

3) Серый рынок.

Существующие принципы управления системой сборов за частное копирование провоцируют расширение серого рынка (когда импорт товаров не декларируется). В ряде случаев организация или физическое лицо, ввозящее в свою страну облагаемую сборами продукцию, должны самостоятельно сообщить в общество по коллективному управлению правами о таких операциях, чтобы те начислили к оплате причитающуюся компенсацию. Неудивительно, что некоторые импортеры предпочитают этого не делать. Естественно, добросовестные дистрибьюторы оказываются в неравном положении, а общества по коллективному управлению правами недополучают причитающиеся компенсации. По оценке Европейской Ассоциации в сфере носителей для записи (Recording Media Industry Association of Europe), примерно 19% чистых дисков было реализовано в 2004 году без уплаты за них сборов за частное копирование. В результате чего, общества по коллективному управлению правами не получили почти 120 миллионов евро. Эта цифра сопоставима с общим размером отчислений в фонд на культурные цели (напомним, в 2004 году в фонд было передано 129 миллионов евро из собранных компенсаций). На лицо колоссальная упущенная выгода.

Далее, дистрибьюторы, не уплачивающие сборы, приобретают возможность увеличить свою прибыль почти на 200% в сравнении с добросовестными продавцами. Это связано с тем, что в некоторых государствах-членах ЕС ставка сборов составляет от 100% до 200% цены самого носителя. Так, во Франции в 2004 году розничная цена диска DVD-R составляла 0,42 евро, а ставка сбора за частное копирование с такого носителя — 1,59 евро. В результате, добросовестные дистрибьюторы вынуждены были продавать диски за 2,01 евро. Тогда как «недобросовестные» — всего за 0,42 евро. Разрыв в доходе весьма показателен.

4) Вопрос о потребительском использовании.

Ранее размер взимаемых сборов определялся исходя из записывающих возможностей устройств и носителей. В основе подобного подхода лежала презумпция преимущественного использования записывающего оборудования за частного копирования. Но с развитием цифровых технологий подобный подход устарел. Показателен вывод Верховного суда Германии (заявление прессе №186/2007) о том, что обоснование начисления сборов на фотокопировальные устройства нельзя применять по аналоги к многофункциональным цифровым устройствам, поскольку нельзя однозначно утверждать, что они в значительной степени применяются для целей частного копирования. В отчете «Understanding and solutions, 2005» приведены данные, что, как минимум, в половине случаев использование CDR не связано с записью на них чужих охраняемых объектов (в 35% случаев на них размещаются домашние аудиозаписи, в 18% — профессиональные данные, архивы и бэкапы).

В одном устройстве все чаще сочетается различный функционал, позволяющий копировать охраняемые объекты интеллектуальной собственности (например, в смартфонах это функции записи и воспроизведения музыкальных и аудиовизуальных произведений, фотографирования и видеозаписи и т.п.). Вследствие этого увеличиваются поводы взимать с таких устройств повышенные сборы за частное копирование, при том, что доказательств увеличения действительных случаев частного копирования с применением таких устройств зачастую не имеется. Исследования компании Rightscom, а также Института информационного права Университета Амстердама («Будущее сборов в цифровой сфере», 2003) показали, что прежде ограниченно применяемые сборы за частное копирование с ростом видов цифрового оборудования удручающе размножились. При том что их рост больше зависит не от реального увеличения случаев частного копирования, а лишь от предположительно умножившихся рисков, что такое увеличение может иметь место.

5) Двойное обложение.

Согласно вводному пункту 35 Директивы 2001/29/EC, справедливая компенсация правообладателю не выплачивается, если он получил вознаграждение в иной форме, например, в виде лицензионных платежей. Следовательно, сбор за частное копирование не должен взиматься в случае записи произведений, полученных из легальных источников, в частности, из Интернет-магазинов, сайтов поставщиков онлайновых услуг и т.д., на основании договоров о цифровой загрузке (digital download contract). Условия стандартных договоров о цифровой загрузке, разрабатываемые обществами по коллективному управлению, выдающими лицензии, обычно наделяют приобретателей контента правом копировать его, в том числе для целей переноса на иные персональные устройства. Все эти действия охватываются уплачиваемой пользователем суммой лицензионного вознаграждения. Поэтому логично предположить, что правообладатель, получивший компенсацию за такие виды использования контента, не должен претендовать на дополнительные сборы за частное копирование. В то же время договоры, заключаемые обществами по коллективному управлению с поставщиками онлайновых услуг, предусматривают право таких обществ взимать сборы за частное копирование. В результате, потребитель платит двойное вознаграждение за одни и те же действия по копированию.

6) Альтернативное лицензирование.

В последнее время правообладатели все чаще распространяют контент без взимания вознаграждения на условиях Creative Commons или сопровождая его рекламой. Подобная практика относится к альтернативному лицензированию. Тем не менее пользователи и в этих случаях вынуждены оплачивать сборы за частное копирование при приобретении устройств или носителей, даже несмотря на полученное разрешение правообладателя свободно копировать контент.

7) Вопросы распределения собранных средств.

В разных странах существенно различаются условия и сроки распределения собранных сумм компенсаций за частное копирование между правообладателями, а также суммы удержаний из этих средств, перечисляемые в культурные фонды или на покрытие административных расходов. Вследствие этого многие правообладатели высказывают опасения, что распределение и выплаты не всегда производятся справедливо и своевременно.

Share:
  • PrintPrint
  • email hidden; JavaScript is required
  • PDFPDF
  • FacebookFacebook
  • TwitterTwitter
  • Google BookmarksGoogle Bookmarks
  • Add to favoritesAdd to favorites
  • RSSRSS
Количество просмотров: 975

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *